Географические открытия и исследования нового времениНовое время

Открытия и исследования в Северной Америке

Глава 16

Посмотреть в хронологическом указателе

Завершение открытия Аппалачской горной системы

А

нглийские поселенцы в атлантической полосе Северной Америки, и в первую очередь виргинцы, в середине XVII в. начали энергично продвигать границы своих колоний на запад, в предгорную полосу Аппалачей — Пидмонт и в горы Аппалачской системы. При этом колонизаторы преследовали двоякую цель: расширить свои земельные владения и принять участие в торговле пушниной, дававшей высокие прибыли. Для достижения поставленной цели англо-американцам не хватало цепи приморских городов, уже возникших к этому времени на Атлантическом побережье и в низовьях аппалачских рек. Необходимы были глубинные опорные пункты — форты, которые разрешали бы две основные задачи: держать в повиновении индейские племена, жившие на Пидмонте и в аппалачских горных долинах, и в то же время служить базами «индейских торговцев», как обычно назывались англо-американские бродячие скупщики мехов.

Западную «Границу» («Фронтир») английское правительство и местные власти со времени основания первых североамериканских колоний всегда рассматривали как временную; она должна была передвигаться на запад по мере освоения атлантической полосы. Однако организация фортов и их беспрерывное снабжение воинскими припасами и продовольствием стоили немалых денег. Для получения таких средств требовалась «солидная мотивировка» — и постройку западных фортов инициаторы англо-американской экспансии объясняли «индейской опасностью», несмотря на то что во второй половине XVII в. набеги индейцев уже не представляли серьезной опасности для атлантических поселений.

Исследования речной сети Кристофером Ньюпортом, Джоном Смитом и их последователями в первой половине XVII в. показали, что все значительные реки Виргинии, текущие в Атлантический океан, образуют пороги и водопады. У этой линии водопадов, вдоль уступа Пидмонта, колонисты и стали строить форты.

Начало англо-американскому исследованию Аппалачской горной системы для дальнейшего ее захвата положил плантатор Авраам Вуд, первый комендант первого форта, поставленного виргинцами в 1646 г., — Форт-Генри на р. Джемс, возле устья ее притока Аппоматокс. В конце августа 1650 г. А. Вуд с пятью спутниками и проводником ознакомился с полосой Пидмонта длиной более чем 150 км между pp. Джемс и Роанок.

Осенью 1671 г. А. Вуд с четырьмя колонистами и индейцем-проводником отправился в новый поход с целью разыскать на западе, по ту сторону гор, «воды, текущие в Южное море». Трудно сказать, что именно понимал А. Вуд под «Южным морем» — Мексиканский залив или Тихий океан. Дело в том, что среди прочих домыслов И. Ледерера, с которым А. Вуд, несомненно, встречался, было и утверждение, будто Тихий океан (Ледерер называл его «Индийским») вдается со стороны Калифорнии так далеко в глубь материка, что доходит до западного подножия Аппалачских гор и что он-де даже видел с вершины Голубого хребта море на западе. Сам А. Вуд и на этот раз прошел не очень далеко: вероятнее всего, только повторил свой старый маршрут от Форт-Генри к р. Роанок. Но два участника его второй экспедиции — Томас Батс и Роберт Фаллам — поднялись до верховьев Роанока и убедились, что северная из горных рек, составляющих Роанок, течет через седловину на гребне Голубого хребта, а начало берет на его западном склоне. Седловина эта оказалась очень доступным горным проходом. Они взошли на вершину горы и увидели «...высокие горы, простирающиеся к северу и югу, насколько глаз хватал. Хоть и страшное это было зрелище, но мы радовались,— писал Р. Фаллам,— глядя, как горы и холмы громоздятся одни на другие». Перед путешественниками простирались центральные гряды Аппалачских гор, которые ранее видел несколько севернее и И. Ледерер.

Пройдя несколько километров дальше на запад, Т. Бате и Р. Фаллам увидели «Новую реку» (Нью-Ривер), которая текла с западных склонов гор, открывшихся перед ними. Теперь ясно, что они находились на одной из рек, составляющих р. Канову (приток Огайо), и что она принадлежит к системе Миссисипи. Т. Батс и Р. Фаллам этого еще не знали, но правильно решили, что открытый ими поток никак не связан с виргинской речной сетью и что, следовательно, они перешли водораздел между знакомыми им реками и какой-то другой речной системой. К их чести нужно сказать, что они не претендовали на славу первого открытия. Р. Фаллам писал, что они нашли на водоразделе деревья, на корнях которых были сделаны углем какие-то условные отметки латинскими буквами — дело рук безвестных первооткрывателей, вероятнее всего, англо-американских «индейских торговцев», а может быть, и франко-канадских «лесных бродяг», иногда заходивших далеко на юг.

В апреле 1673 г. А. Вуд отправил из Форт-Генри колониста Джемса Нидхема и своего служащего Габриеля Артура с восемью индейцами далеко на юго-запад, за р. Роанок. После предварительной разведки Д. Нидхем и Г. Артур летом того же года перевалили южный участок Голубого хребта и вышли к верховьям р. Теннесси (системы Миссисипи). У местных жителей, горных индейцев племени чироки, путешественники видели испанские товары. Так как торговые посредники индейцев выражали недовольство испанцами — либо из-за обращения, либо из-за плохого качества испанских товаров, то чироки охотно согласились торговать с виргинцами. Д. Нидхем отправился с этим сообщением в Форт-Генри. Г. Артур остался у индейцев, с тем чтобы обучиться их языку.

На обратном пути к р. Теннесси Д. Нидхем поссорился с одним индейцем-проводником и был убит. Вождь племени чироки, у которого «гостил» Г. Артур, обещал доставить его с оказией в Форт-Генри. Но удобный случай долго не представлялся: вождь медлил, боясь мести английских колонистов за убийство Д. Нидхема, хотя чироки к этому не имели отношения. И Г. Артур несколько месяцев бродил с индейцами по огромной территории — от р. Огайо (бассейн ее притока Кановы) на севере до р. Саванны, впадающей в Атлантический океан, на юго-востоке и низовьев аппалачских рек, текущих в Мексиканский залив, на юге. Во время этих скитаний Г. Артур ознакомился и с центральными и с южными районами Аппалачской горной системы. Он стал невольным участником двух набегов чироки — на индейское приморское селение на северо-востоке испанской Флориды и на испанский пост на северо-западе полуострова. Чироки очень бережно относились к Г. Артуру. Летом следующего, 1674 г. их вождь выполнил, наконец, свое обещание и в сентябре доставил Артура «домой» — на р. Джемс, в Форт-Генри.

Таким образом, к последней четверти XVII в. английские колонисты-виргинцы закончили в основном исследование своей новой родины. Они ознакомились достаточно подробно с береговой линией Виргинии, с ее речной сетью и — пока в общих чертах — с ее рельефом. Они укрепились на Линии водопадов, исходили центральную полосу Пидмонта во всех направлениях, перевалили в нескольких местах Голубой хребет, получили некоторое представление о протягивающихся за ним параллельных горных грядах и открыли (вторично) ряд аппалачских рек системы Миссисипи.

Посмотреть в хронологическом указателе

Первые французы на Миссисипи

Л

есные бродяги, а за ними иезуиты пришли в середине XVII в. к Верхнему озеру, и в это время бретонец Медар Шуар Грозейлье, удачно скупавший пушнину к западу от озера Мичиган (1654–1657 гг.), услышал там от индейцев о западной «Большой Воде» как о реке, текущей к югу, а не как о море. В 1658–1659 гг. он снова промышлял за озером Мичиган со своим родственником Пьером Эспри Радиссоном; они, вероятно, добрались до озеровидного расширения верхней Миссисипи (у 44°30' с. ш.), возможно, плавали по ней. (Такие осторожные формулировки объясняются тем, что географические сведения, сообщаемые П. Радиссоном, очень неопределенны. Одно лишь очевидно — первыми на верхней Миссисипи были эти два бретонца, обнаружившие «прекрасную реку, полноводную, широкую, глубокую» (Дж. Бейклесс).)

В 1665 г. иезуит Клод Жан Аллуэ организовал миссию у западной окраины Верхнего озера, а осенью 1669 г. — другую на побережье залива Грин-Бей (северо-западная часть озера Мичиган). Около 1670 г. была основана миссия Сент-Мари («Святой Марии») на южном берегу одноименной порожистой реки (по-английски — Сент-Мэри), соединяющей озера Верхнее и Гурон. С того времени местные пороги получили французское название Су-Сент-Мари. В 1670 г. К. Аллуэ пришел на р. Висконсин (истоки к югу от Верхнего озера) и тоже услышал здесь о «Большой Воде». Несомненно, то был великий поток. Никто, однако, не знал, где он кончается, впадает ли в Мексиканский залив или в Тихий океан. Иезуиты надеялись, что этот поток течет именно в Тихий океан, из-за чего область Верхнего озера приобретала в их глазах огромное значение. Стремясь закрепить эту территорию за Францией, или, точнее говоря, за своим орденом, они в присутствии представителей 14 индейских племен в 1671 г. у Су-Сент-Мари торжественно провозгласили французское верховное господство над всеми странами, которые прилегали к озерам Верхнему и Гурону.

Ученик иезуитов скупщик пушнины Луи Жолье был послан губернатором Новой Франции для исследования «Западного потока». Иезуиты прикомандировали к нему члена ордена Жака Маркетта. Оба француза, говорившие на нескольких индейских языках, отправились в путь 17 мая 1673 г. от залива Грин-Бей (у 45° с. ш.), вместе с пятью торговыми агентами перешли через водораздел на индейских челнах, спустились по р. Висконсину до устья и ровно через месяц вошли в широкую реку, медленно несущую в зеленых берегах свои чистые воды на юг. Л. Жолье назвал ее «рекой Кольбера» (по имени Жана Батиста Кольбера, всесильного министра финансов Людовика XIV).

Первую неделю французы плыли, казалось, через совершенно безлюдную местность, на берегах паслись большие стада бизонов. Ниже стали встречаться деревни индейцев-иллинойсов, у которых Л. Жолье и Ж. Маркетт видели — хотя нога «белого» еще не ступала здесь — французские железные изделия, одежду и английское огнестрельное оружие. Европейские товары шли впереди самих европейцев: торговыми посредниками были индейские племена, жившие близ приморских колоний. От индейцев путешественники узнали, что великая река Миссисипи начинается несколькими истоками в небольших озерах далеко на севере, убедились, что она течет на юг, но не могли пока выяснить, куда она впадает, — они верили и надеялись, что в Калифорнийский залив. Ранее они слышали множество пугающих рассказов о кровожадных индейцах. Но ни в стране иллинойсов, ни южнее они ни разу не подвергались серьезной опасности: индейцы не нападали на европейцев, если те вели себя мирно.

Они проплыли сотни километров вниз по течению, и река не меняла своего южного направления. Ниже страны иллинойсов в нее впадала с запада (у 39° с. ш.) другая огромная река — в спокойные и чистые воды Миссисипи вливалась бурная и грязная Миссури. Французы видели на воде массу деревьев, иногда целые плавучие острова. Но Миссисипи, приняв этот огромный приток, продолжала течь на юг с некоторым уклоном к востоку. Еще ниже в Миссисипи, ставшей к тому времени мутной, вливались чистые воды другой огромной реки, теперь уже с восточной стороны, — Огайо (у 37° с. ш.), открытой несколько раньше Ла-Салем (см. ниже). Но Миссисипи и на этот раз только незначительно изменила свое направление — на юго-западное.

Ниже р. Огайо французы также находили у местных жителей европейские товары, пришедшие сюда с востока от английских колонистов. Те еще не перевалили через Аппалачи, а товары их распространялись с помощью посредников-индейцев на сотни километров к западу от гор. А еще ниже французы иногда встречали испанские товары, доставленные, очевидно, из Мексики, и видели индейцев верхом на укрощенных мустангах (одичавших лошадях). За 34° с. ш. ниже р. Арканзас Миссисипи текла прямо на юг. Надежды Л. Жолье и Ж. Маркетта рухнули в начале июля 1673 г., когда они узнали от индейцев, что от Арканзаса до моря только десять дней пути. Великая река никак не могла впадать ни в Тихий, ни непосредственно в Атлантический океан. Она, скорее всего, кончалась у Мексиканского залива. Л. Жолье и Ж. Маркетт прошли первыми верхнее и среднее течение Миссисипи. Но спуститься до ее устья французы не решились: они умели ладить с «дикими язычниками» индейцами, но боялись попасть в руки европейцев — испанцев. 17 июля они двинулись в обратный путь, поднялись по Миссисипи до устья р. Иллинойс, а по нему до низкого водораздела, отделяющего его от озера Мичиган, у южного берега которого они провели зиму 1674 г., а весной по системе Великих озер вышли на р. Св. Лаврентия. Недалеко от Монреаля каноэ Л. Жолье перевернулось в водовороте у порогов — он спасся, но журнал и заметки о путешествии поглотила стремнина. По возвращении он составил карту открытого ими «отрезка» Миссисипи — почти всего течения реки.

Л. Жолье и Ж. Маркетт доказали, что между ее бассейном и Великими озерами лежат только низкие и очень доступные водоразделы. Скоро французам удалось установить, что во время разлива на челноках можно переправляться от Мичигана на верхние левые притоки Миссисипи. Теперь они получили некоторое представление о гигантской системе водных путей, прорезывающих дугой длиной более 4 тыс. км всю внутреннюю область Северной Америки. Составные части этой дуги: р. Св. Лаврентия, озера Онтарио, Гурон, Мичиган и, наконец, р. Миссисипи, которую французские географы позднее метко назвали «меридианом в движении».

Французы уже формально завладели р. Св. Лаврентия и Великими озерами; благодаря Л. Жолье и Ж. Маркетту они получили «право первого открытия» на Миссисипи, кроме ее низовьев. Оставалось только приобрести формальные права на низовья реки и укрепиться у Мексиканского залива.

Посмотреть в хронологическом указателе

Ла-Саль и присоединение Луизианы к Франции

И

езуиты не терпели, чтобы монахи других орденов, а тем более светские люди направлялись в «открытые» ими земли. Пользуясь своим влиянием при французском дворе, они всякими способами мешали другим исследователям бассейна Миссисипи, в частности «великому неудачнику» Роберу Кавелье де Ла-Саль.

Биографический указатель

Ла-Саль, Рене-Роберт Кавельер, Сюр де

1643 — 1687
Торговец пушниной; исследователь реки Миссисипи.

Переселившись из Франции в Канаду, Ла-Саль, как и другие, мечтал обнаружить кратчайший путь из Атлантического океана в Тихий. Продвигаясь на юго-запад от озера Онтарио в легких челнах, он открыл в конце 1669 г. и проследил почти на всем протяжении р. Огайо (1580 км),footnotefootnoteВ 70-е гг. XVIII в. торговец пушниной Жан Кутюр первым прошел р. Теннесси, самый длинный и многоводный приток р. Огайо, от устья до истоков, посчитав, очевидно, р. Холстон, одну из ее составляющих, за главную реку (длина Теннесси от истока р. Холстон на западных склонах Аппалачей — 1470 км). мощный левый приток Миссисипи. Покинутый всеми спутниками за исключением одного индейца Ника, проводника и переводчика, Ла-Саль вернулся тем же путем в Канаду в конце 1670 г. с картой маршрута и записями (в XVIII в. они были утеряны). Осенью 1671 г. Ла-Саль и Ника (сопровождавший Ла-Саля во всех остальных экспедициях и побывавший с ним во Франции) с группой лесных бродяг прошли на челнах по озерам Эри и Гурон к западному берегу озера Мичиган — в этих водах еще не плавал никто из европейцев. Идя вдоль побережья на юг, они добрались до южного конца озера Мичиган. После недолгих поисков отряд перебрался на р. Иллинойс, которая «доставила» их челны в р. Миссисипи у 39° с. ш. Ла-Саль установил, что великий поток имеет в этом районе в общем юго-восточное направление, но все же надеялся, что он впадает в Тихий океан. На обратном пути в Канаду весной 1672 г. Ла-Саль поднялся по Иллинойсу и его левому притоку Канкаки до истоков и через короткий волок перешел на речку, впадающую в озеро Мичиган у 42° с. ш. Обследовав все восточное побережье Мичигана, он вернулся в Канаду в конце 1672 г.

Ла-Саль мечтал проследить все течение Миссисипи и присоединить ее бассейн к владениям французского короля. Заинтересовав своим планом Луи Фронтенака, губернатора Канады, Ла-Саль построил форт у Ниагары и снарядил судно для плавания по Великим озерам и рекам системы Миссисипи до ее устья. Для этого он вошел в долги, и кредиторы описали его канадские имения. Современники считали его гордым, холодным, беспощадным человеком. Торговцы мехами предполагали, что он хочет получить для себя монополию на пушной промысел в Северной Америке. Иезуиты возненавидели его и пытались отравить. Не оправившись еще от последнего отравления, больной Ла-Саль глубокой осенью 1678 г. пустился в путь и через озера Эри и Гурон достиг южного края Мичигана.

Оттуда он отослал судно обратно с грузом мехов, чтобы расплатиться с кредиторами и запастись провизией, а сам с 15–20 людьми перешел зимовать на р. Иллинойс и построил там форт. Не получая вестей из Канады, Ла-Саль с пятью спутниками ранней весной 1679 г., в распутицу, пешком отправился в Монреаль. Здесь он узнал, что его судно пропало без вести, а другое, отправленное для него из Франции, погибло. Он вернулся на запад, в форт на Иллинойсе. Но гарнизон форта восстал во время его отсутствия. Ла-Саль склонил на свою сторону местных индейцев, подстрекаемых К. Аллуэ, в союзе с ними победил мятежников и с грузом мехов летом 1680 г. прибыл в Монреаль, чтобы снарядить новую экспедицию.

Картина XIX века изображающая отправление колонистов Ла Саля в плавание к берегам Луизианы в 1684 г.
"Explorers — great tales of advnture and endurance", Smithsonian Institution, DK

Сборы заняли почти год. В конце июня 1681 г. он наконец отправился в дорогу и по льду замерзшего Иллинойса 6 февраля 1682 г. прибыл к устью. По Миссисипи плыли огромные льдины; потеряв неделю на ожидание, когда река очистится, Ла-Саль впервые спустился по ней до Мексиканского залива. 9 апреля весь бассейн Миссисипи он объявил владением французского короля Луи (Людовика) XIV и назвал его Луизианой. На следующий день Ла-Саль двинулся в обратный путь и, поднявшись по Миссисипи, через Великие озера вернулся в Восточную Канаду, а оттуда отправился во Францию. Он привез в Париж весть о присоединении к королевским владениям гигантской страны. Людовик XIV дал ему средства на снаряжение нескольких судов для новой экспедиции и назначил его губернатором Луизианы. Однако иезуиты не могли примириться с возвышением опасного соперника. Они добились того, чтобы командование флотилией поручили их ставленнику — личному врагу Ла-Саля. Экспедиция должна была в 1684 г. идти из Франции в Мексиканский залив и подняться по Миссисипи. Командующий флотилией в конце 1684 г. прошел мимо дельты великой реки, «не заметив» ее, а затем обвинил Ла-Саля в обмане. Тому с небольшим отрядом пришлось высадиться на безлюдный о. Матагорда (28° с. ш., у побережья Техаса) и там перезимовать. Весной 1685 г. он перешел на материк, к заливу Матагорда, и в устье р. Лавака построил форт. Осенью 1686 г. он решил идти сухим путем к Великим озерам, а оттуда в Восточную Канаду, иначе говоря, пересечь материк с юго-запада на северо-восток. Зимой 1687 г. Ла-Саль выступил в поход, но 19 марта был изменнически убит своими спутниками-французами, зарезавшими тремя днями раньше и Ника.

Посмотреть в хронологическом указателе

Возникновение Компании Гудзонова залива

Р

адиссон и Грозейлье слышали от индейцев у Верхнего озера не только о западной «Большой Воде», но и о «Северном море» (Гудзоновом заливе). В начале 60-х гг., скупая меха к северу от Верхнего, они открыли крупное озеро Нипигон (4840 км²) и получили сведения о пути к Гудзонову заливу и о выгодах, которые может принести там скупка пушнины. Они предлагали организовать экспедицию к Гудзонову заливу, чтобы закрепить за французами господство на его берегах. Не встретив поддержки ни в Канаде, ни во Франции, скупщики отправились в Англию и связались с Рупертом Баварским, адмиралом британского флота.

В 1667 г. принц Руперт основал английскую Компанию Гудзонова залива. Летом 1668 г. в Гудзонов залив был послан английский военный корабль (на борту находился Грозейлье) под командой Захарии Гиллама, и тот открыл в заливе Джемс устья лабрадорских рек, позднее получивших названия Руперт и Истмейн. Во время зимовки Грозейлье вел успешную торговлю с индейцами. После их возвращения в Англию в 1669 г. это во многом способствовало официальному признанию компании: в 1670 г. она получила королевскую хартию. Ее власть формально распространялась на всю область залива до водораздельных высот, но в действительности было освоено только южное побережье между pp. Истмейн и Черчилл. К 1688 г. здесь имелось семь фортов-факторий в устьях семи больших рек: Истмейн, Руперт, Мус, Олбани, Северн, Нельсон и Черчилл.

Пушные богатства окрестностей Гудзонова залива привлекали не только англичан. С 1659 г. французы из Квебека сделали несколько безуспешных попыток достичь «сухим путем» этой акватории. Ближе всех к ней подошел иезуит Гийом Кутюр: летом 1663 г. он с двумя спутниками поднялся по р. Сагеней через озеро Сент-Джон к верховью одного из его притоков и открыл за почти незаметным водоразделом длинное и узкое озеро Мистассини. Это крупный водоем (2190 км²), из которого вытекает, проходя затем через лабиринт озер, р. Руперт. По ней или параллельно реке Г. Кутюр добрался до небольшого проточного озера Немиско (у 51°20' с. ш.). Его проводники дальше идти отказались (до залива Джемс оставалось 150 км), и после торговых операций с местными индейцами группа вернулась в Квебек.

Выйти к берегам Гудзонова залива французам удалось лишь через девять лет: в июне–июле 1672 г. иезуит Шарль Альбанель, больше исследователь, чем миссионер, повторил маршрут Г. Кутюра до озера Немиско (по пути открыв узкое озеро Альбанель) и по р. Руперт прошел к заливу Джемс, где обнаружил два пустых дома, построенных англичанами; в заливе он увидел английское судно. Не смущаясь этим обстоятельством, Альбанель объявил французским владением все побережье Гудзонова залива.

Радиссон и Грозейлье, видимо, обойденные принцем Рупертом, вернулись в Канаду и организовали Северную торговую компанию. Они напали в 1682 г. на форт Нельсон, разрушили его, захватили в плен находившихся там англичан и поставили вместо него французский форт. А через два года Радиссон снова перешел на английскую сторону и передал форт Компании Гудзонова залива. Оттуда в 1683 г. он первым прошел на запад около 150 км по прибрежной низменности. Об этой четырехдневной экскурсии он составил записку, содержащую очень мало географических сведений.

«Нонсач» (Nonsuch) прибывает в Лондон, 1669 г.
Художник Гордон Миллер

Весной 1694 г. в Квебеке для торговых целей была организована экспедиция, возглавлявшаяся Л. Жолье. Проследовав на судне вдоль южного побережья п-ова Лабрадор к 52° с. ш., он вместо торговли, или помимо нее, начал съемку береговой линии. Обратно экспедиция повернула 15 августа у 56° с. ш. и в середине октября вернулась в Квебек. Л. Жолье составил детальный отчет и карту атлантического берега Лабрадора длиной около 1 тыс. км между 52 и 56° с. ш.

Посмотреть в хронологическом указателе

Англичане Келси и Хендей в бассейне Саскачевана

П

ервыми в Центральную Канаду проникли, по-видимому, безвестные французские скупщики пушнины — лесные бродяги, часто преследуемые французскими колониальными властями. Они жили среди индейцев, женились на индианках, сохраняя свой французский язык и передавая его своим детям. В поисках новых охотничьих угодий они шли все дальше и дальше на запад от Верхнего озера через прерии, пока не достигли Скалистых гор. Но первое дошедшее до нас описание канадской прерии — северной части Великих равнин — составили не они, а пришедший туда со стороны Гудзонова залива английский торговый агент.

В 1684 г. в торговую факторию Компании Гудзонова залива, в устье р. Нельсон, прибыл из Англии четырнадцатилетний мальчик Генри Келси. Как и французские «юнцы» в Канаде, из которых выросли лесные бродяги, он искал общества индейцев, приходящих в факторию с торговыми целями, восхищался ими, бродил и охотился с ними, выучился их языку. Чтобы завязать торговлю с местными индейцами, Г. Келси ходил и на восток от Нельсона, к р. Северн, и на север, за р. Черчилл, совершая переходы в сотни километров. Так в одном из маршрутов летом 1689 г. он первый увидел и описал, конечно в общих чертах, мускусного быка (овцебыка) — парнокопытное животное семейства полорогих, ныне малочисленное, взятое под строгую охрану. В факторию иногда приходили менять меха на английские товары группы индейцев-ассинибойнов (ветвь языковой группы сиу): их страна находилась в центре материка, далеко к юго-западу от Гудзонова залива.

В середине июня 1690 г. двадцатилетний «юнец» Г. Келси был отправлен из фактории Йорк, расположенной в устье р. Хейс, в сторону ассинибойнов с поручением — «призывать, поощрять, побуждать дальних индейцев к торговле с нами» (компанией). Вместе с группой ассинибойнов Г. Келси шел сначала на юг обычным торговым путем индейцев, уже разведанным европейцами: поднялся на челнах по р. Хейс до 55° с. ш., где река проходит через несколько озер. Оттуда, следуя на запад и юго-запад «по стремительным порожистым рекам, через тридцать три перевоза и пять озер», Г. Келси обогнул северный берег озера Виннипег и в июле вышел к р. Саскачеван, которая течет с запада и, пройдя «Кедровое озеро» (Сидар), впадает в северную часть Виннипега. Там он завязал мирные сношения с ближними индейцами, уговорил их ежегодно ходить к Гудзонову заливу и посещать факторию Йорк.

Осенью Г. Келси присоединился к ассинибойнам, отправлявшимся на охоту в прерии, к юго-западу от Саскачевана. Он первый описал канадские прерии. Прибыв из лесной озерной страны с густой речной сетью, Келси был потрясен, когда попал на равнину, где «нет ничего, кроме зверей и травы», и обрадовался, когда увидел, что и там иногда встречаются деревья и текут реки. Он рассказывал о стадах «больших черных буйволов» (канадский подвид бизона) и об «огромных медведях [гризли] с очень вкусным мясом».

Перезимовав среди ассинибойнов, Г. Келси в середине июля 1691 г. выступил на запад «открывать и вовлекать в торговлю» дальние индейские племена. Вероятно, он поднимался по р. Каррот, правому нижнему притоку Саскачевана, пока это было возможно. Затем он бросил челны и бродил по прерии, охотясь или отыскивая племена, еще не вовлеченные в торговлю с европейцами. К индейцам он приходил «вооруженный» только трубкой мира. По расчету Г. Келси, он прошел до сентября, когда отправился в обратный путь, около 1000 км, главным образом пешком. Снова перезимовав к западу от больших озер Центральной Канады, Г. Келси летом 1692 г. вернулся к Гудзонову заливу «с доброй индейской флотилией». Его путевые журналы, письма и заметки, обнаруженные лишь в 1926 г. в Ирландии, впервые увидели свет через три года под названием «Бумаги Келси». Последние годы жизни — он умер не позднее 1730 г. — Г. Келси провел в бедности.

Доклад губернатора об интереснейшем путешествии Г. Келси дошел до лондонских директоров Компании Гудзонова залива, но их-то он нисколько не заинтересовал. Исследование англичанами внутренних областей Канады приостановилось более чем на полвека. Продолжали это дело франко-канадцы, среди которых в первой половине XVIII в. выделились отец и сыновья Варенны (см. ниже). Но независимо от них в бассейне Саскачевана в середине XVIII в. побывал английский торговый агент Энтони Хендей. По профессии контрабандист, Э. Хендей вынужден был спешно покинуть родину и поступить на службу Компании Гудзонова залива. По собственной инициативе он решил «исследовать внутренние области страны и попытаться увеличить торговые обороты компании». Значительную роль в этом вопросе сыграл офицер и исследователь Джеймс Айшем, проживший на берегах Гудзонова залива 30 лет. Он не оставался равнодушным к географии глубинных районов, что было так характерно для людей компании, и настаивал на более тщательном их исследовании. Д. Айшем одним из первых в Америке описал вечно мерзлые грунты и перенос валунов льдом.

Присоединившись к группе ассинибойнов (среди них очень хорошим знанием страны выделялся Аттикасиш, ставший проводником отряда), Э. Хендей выступил из фактории Йорк 26 июня 1754 г., поднялся по р. Хейс до озера Оксфорд (у 54°50' с. ш.), повернул на запад и перебрался на озеро Кросс. Оттуда отряд свернул на юго-запад, через «Лосиное озеро» (Мус), и 22 июля вышел на нижний Саскачеван. Дойдя до слияния его составляющих, Э. Хендей поднялся по Саут (Южному)-Саскачевану — почти до 52° с. ш. Там он бросил челны и пересек прерии в западном направлении до подножия Скалистых гор в верховьях р. Ред-Дир, крупнейшего притока Саут-Саскачевана. Здесь он оставался с конца октября по конец декабря, промышляя пушного зверя и охотясь на бизонов. Зимовал Э. Хендей на верхнем течении Норт (Северного)-Саскачевана, среди индейцев «черноногих», сходных по языку и культуре с алгонкинами, которые уже были хорошо известны европейцам. Сами себя они называли сиксиками; европейцы прозвали их «черноногими», так как они обувались в мокасины, сшитые из черной замши. «Черноногие» стали к тому времени конным народом: Э. Хендей видел в их стране табуны мустангов.

В конце апреля 1755 г. Э. Хендей и его спутники ассинибойны начали отправку пушнины почти на 70 челнах по Норт-Саскачевану. Он убедился, что бассейн Саскачевана является золотым дном для скупщиков пушнины. 20 июня 1755 г. Э. Хендей вернулся к Гудзонову заливу. Он проник так далеко на запад через канадское плато Прерий (размеры которого просто ошеломили его), как ни один европеец до него; он открыл канадские Скалистые горы, первый обследовал почти все крупные реки бассейна Саскачевана и дал хорошее описание индейских племен, живущих в этом бассейне. У подножия Скалистых гор Э. Хендей вторично побывал в 1759–1760 гг. и вернулся в факторию Йорк с 61 каноэ пушнины. После этого путешествия одно из племен «черноногих» стало регулярно торговать с англичанами. Журнал Э. Хендея, составленный в форме поденных записей о приключениях, существует в трех вариантах; оригинал не обнаружен.

Посмотреть в хронологическом указателе

Варенны и «Укрепленная линия Западного моря»

В

1717 г. к северу от Верхнего озера, на озере Нипигон, обосновался Пьер Готье Варенн де ла Верандри (Варенн-старший). Он услышал здесь от индейцев и лесных бродяг о больших озерах и реках к западу и северо-западу от Нипигона и решил, что они представляют собой водный путь к «Западному морю» (Тихому океану). Разбогатев, он организовал торговую компанию, и французский король дал ему монополию на скупку пушнины в западных областях. В 1731–1748 гг. Варенн и его сыновья (Варенны-младшие) совершили ряд поисковых путешествий в отведенной для их компании огромной области. Они обследовали и нанесли на карту большие озера Центральной Канады — Лесное,footnotefootnoteОно открыто в 1689 г. французом Жаком Нойоном, к западу от Верхнего озера (за 48° с. ш.) он проследил цепь небольших озер, через которые протекает р. Рейни (теперь пограничная), впадающая у 95° з. д. в озеро Лесное (4860 км²). Виннипег, Манитоба, Виннипегосис — и много небольших озер. Первым к берегам озера Виннинег (24 390 км²) по р. Виннипег летом 1732 г. вышел Жан Батист Варенн, старший сын П. Варенна, убитый вместе с двадцатью его спутниками в 1736 г.

Варенны поднимались по р. Саскачеван и составляющим его рекам — Норт-Саскачевану и Саут-Саскачевану, а на юго-западе пересекали северную полосу Великих равнин в районе р. Малой Миссури и в 1742 г. доходили до гор Биг-Хорн — восточных отрогов Скалистых гор у 44° с. ш. Они установили связь трех больших озер Центральной Канады с крупными реками, текущими с юга и запада и впадающими в Гудзонов залив; они положили начало исследованию бассейна верхней Миссури и сравнительно точно нанесли его на карту. Они открыли труднопроходимую низкогорную полосу, позднее названную «дурными землями» (бедленд).footnotefootnote«Дурные земли» восточных подножий Скалистых гор, в том числе по р. Малой Миссури, — классический пример особой формы рельефа: невысокое полупустынное нагорье, сильно расчлененное ветвящимися оврагами и, как правило, непригодное для земледелия.

Варенны основали цепь укрепленных факторий на открытых или исследованных ими озерах и реках. В конце 1749 г. Варенн-старший умер. Его торговая монополия была передана другому лицу, агенты которого в 1751 г. проследили — по более распространенной версии — все течение Саут-Саскачевана от устья до верховьев, у 50-й параллели, и на одном из его истоков, р. Боу, у подножия Передового хребта Скалистых гор, близ нынешнего Калгари, построили форт. Цепь этих фортов-факторий известна под названием «Укрепленной линии Западного моря».

«Западным морем» казалось каждое большое озеро, до которого доходили французы, пока не обнаруживалось, что за ним начинается обширная лесная или степная полоса. Они проникали все дальше и дальше на запад, а гигантский материк как будто отступал перед ними, пока их не остановила преграда — Скалистые горы. Но недалеко за этими горами они надеялись открыть настоящее «Западное море» — Тихий океан. Со слов франко-канадских пионеров парижские географы предполагали, что огромный морской залив на западе глубоко вдается в материк Северной Америки. Так как тогда уже была известна р. Нельсон, вытекающая из озера Виннипег и впадающая в Гудзонов залив, то казалось, что через нее, озера и реки Центральной Канады проходит великий внутренний водный путь между Атлантическим и Тихим океанами.

Посмотреть в хронологическом указателе

Первые исследователи Северной Канады

З

аинтересованная в увеличении доходов Компания Гудзонова залива в конце июня 1715 г. направила из форта Йорк в глубинные районы Северной Канады своего служащего Уильяма Стьюарта во главе отряда из 150 индейцев племени кри (алгонкинской языковой группы). Проводником и переводчиком была женщина из племени чипевайан, находящегося в состоянии войны с кри. Задача У. Стьюарта состояла в заключении мира между ними и установлении торговых контактов с чипевайанами.

Только через два месяца отряд добрался до форта Черчилл, в устье одноименной реки, в 250 км к северу от форта Йорк. Оттуда У. Стьюарт двинулся на северо-запад. Обходя бесчисленные озера и озерки, переправляясь через множество рек и речек, он пересек «Бесплодные пустыни». Так У. Стьюарт окрестил тундру с озерно-холмистым рельефом — северную часть Лаврентийской возвышенности. Открытая им страна была прибежищем мириадов насекомых. У. Стьюарт повернул к запад-северо-западу и попал, по его выражению, в «чудесную страну для всякого зверья». Ему удалось установить мир между враждовавшими племенами и уговорить 10 молодых чипевайанов сопровождать его на обратном пути. После зимовки отряд вернулся в форт Йорк в начале мая 1716 г. Рассказ У. Стьюарта, проделавшего, по его оценке, 1600 км и достигшего приблизительно 63° с. ш., был записан в журнале форта. Точный его маршрут не установлен, но канадские историко-географы сходятся во мнении, что он прошел по тундре 1100 км и первым проник в субарктическую область к юго-востоку от Большого Невольничьего озера, т. е. примерно к 61° с. ш. и 110° з. д.

В 1741 г. капитаны двух английских кораблей — Кристофер Мидлтон, и Уильям Мур — получили задание отыскать Северо-Западный проход со стороны Гудзонова залива. Они достигли устья р. Черчилл и перезимовали там, во время зимовки от цинги умерло 10 человек. В июле 1742 г. они двинулись от р. Черчилл вдоль западного берега Гудзонова залива и у 65°30' с. ш. открыли узкую и длинную (около 150 км) бухту — Уэйджер, которую сначала приняли за Северо-Западный проход. Обследовав ее на лодках, англичане убедились, что вода в ней почти пресная и, следовательно, пролива здесь нет. Они продолжили путь на север через пролив Рос-Уэлком и у полярного круга в начале августа обнаружили бухту Репалс («Отбой»); к юго-востоку от нее виден был Фрозен-Стрейт («Замерзший пролив»), который выводил — через Бассейн Фокса — обратно в Гудзонов залив. Разочарованные моряки 9 августа повернули назад. Но они все-таки улучшили карту Гудзонова залива: проследили более 1 тыс. км его западного побережья и окончательно доказали, что «земля» Саутгемптон не часть материка, а большой остров (его площадь — 44,1 тыс. км²), или, как тогда думали, архипелаг. Судовой журнал К. Мидлтона о плавании 1741–1742 гг. опубликован в виде приложения к работе другого английского капитана — Уильяма Котса «География Гудзонова залива», изданной обществом Хаклюйта в 1852 г. У. Коте в 1721–1751 гг. многократно посещал залив и дал очень хорошее описание его берегов. Но характеристика глубинных районов, составленная им со слов индейцев, показывает, что в середине XVIII в. англичане, в отличие от французов, имели весьма туманное представление об этих территориях.

В Англии нашлись люди, не поверившие утверждениям К. Мидлтона, что из Гудзонова залива нет выхода в Тихий океан. В 1745 г. парламент назначил премию в 20 тыс. фунтов стерлингов тем британским подданным, которые «откроют Северо-Западный проход через Гудзонов пролив к Западному и Южному океанам Америки». По подписке собрали 1000 фунтов стерлингов на снаряжение новой экспедиции на двух судах под командой капитана У. Мура; в качестве съемщика в ее состав вошел натуралист Генри Эллис, написавший отчет об этом плавании. Англичане, оставившие Лондон 20 мая 1746 г., перезимовали в устье р. Нельсон, летом 1747 г. плавали вдоль западного берега Гудзонова залива и открыли вход в очень узкий залив — Честерфилд (63°20' с. ш.), который уходил в глубь материка в северо-западном направлении. Суда достигли бухты Уэйджер, вершины и северные берега которой были внимательно осмотрены на баркасах. У. Мур и Г. Эллис подтвердили показания К. Мидлтона, что через пролив Рос-Уэлком нет выхода в Тихий океан. Оставалась, однако, еще надежда на залив Честерфилд, который мог оказаться проливом. В 1761 г. его обследовал капитан Уильям Кристофер, командуя одним кораблем: он обнаружил узкий залив, прошел по нему около 150 км, но из-за противных ветров отступил. В 1762 г. уже на двух судах он вернулся туда для завершения исследования. Надежда на открытие прохода угасла: в конце июля У. Кристофер дошел до вершины залива, открыл за ним проточное озеро Бейкер (у 64° с. ш., 95° з. д.), в которое с северо-запада впадала полноводная р. Телон. Так окончательно было доказано, что из Гудзонова залива нет прохода в Тихий океан.

После Семилетней войны (1756–1763) вся Канада отошла Англии, французская организация скупки была уничтожена, и индейцы западных лесов и прерий снова начали доставлять меха в английские северные приморские форты. Приходили туда также и индейцы с северо-запада — из областей, куда европейцы еще не проникали, и иногда, кроме мехов, приносили медные изделия и куски меди, которая, по их словам, добывалась на «большой воде». Рассказы индейцев возродили веру в существование текущей в Тихий океан «Западной реки», которая, как надеялись, была и «Меднорудной». Задание найти эту реку получил агент компании в форте Принца Уэльского в устье Черчилля, бывший военный моряк Сэмюэл Херн. Он искал со стороны Гудзонова залива и Северо-Западный проход, и «Меднорудную» реку, искал по морю и по суше, но на море, конечно, потерпел полную неудачу.

В конце февраля 1770 г. С. Херн отправился по суше на поиски «Меднорудной» реки на север с пятью индейцами. Из приречной лесной полосы он вскоре перешел в тундру. Путешествовал он налегке, без запасов продовольствия и за отсутствием топлива питался сырым мясом и сырой рыбой, нередко голодал. Он пересек широкую полосу тундры между 59 и 64° с. ш., причем на одном участке следовал вдоль южного и западного берегов озера Яткайед, через которое у 63° с. ш. протекает р. Казан, впадающая с юга в озеро Бейкер. Повернув на юго-запад, он открыл р. Дубонт, крупный южный приток Телона, и, присоединившись к большой группе индейцев, прошел вверх по долине реки до озера Дубонт (около 3000 км²). Обогнув его с запада и описав большую петлю, С. Херн вернулся в конце ноября 1770 г. в форт Принца Уэльского. Он оправдывался тем, что вынужден был в разгаре лета отказаться от поисков «Меднорудной» реки, так как сломал свой единственный квадрант, да и проводники оказались ненадежными. К счастью, на обратном пути он встретился с опытным индейским охотником Матонабби, который согласился повести его к «Меднорудной» реке.

в озеро Бейкер. Повернув на юго-запад, он открыл р. Дубонт, крупный южный приток Телона, и, присоединившись к большой группе индейцев, прошел вверх по долине реки до озера Дубонт (около 3000 км²). Обогнув его с запада и описав большую петлю, С. Херн вернулся в конце ноября 1770 г. в форт Принца Уэльского. Он оправдывался тем, что вынужден был в разгаре лета отказаться от поисков «Меднорудной» реки, так как сломал свой единственный квадрант, да и проводники оказались ненадежными. К счастью, на обратном пути он встретился с опытным индейским охотником Матонабби, который согласился повести его к «Меднорудной» реке. 7 декабря 1770 г. С. Херн и Матонабби вышли из форта на северо-запад. Сопровождали их по настоянию Матонабби только индианки. Маршрут Херна не совсем ясен: не имея при себе никаких астрономических инструментов, он делал грубые ошибки в определении координат. И все же после тщательного изучения его дневников и сопоставления их с материалами, собранными в конце XIX и в XX в., удалось установить пути С. Херна в 1770–1771 гг.

Благодаря заботам Матонабби и усердию индианок С. Херн ни в чем не испытывал недостатка. До весны 1771 г. они шли на лыжах в лесной полосе, где зимуют дикие олени карибу. У озера Нуэлтин (60° с. ш., 100° з. д.) они встретили группу индейцев, сородичей Матонабби и двинулись дальше вместе. Они пересекли верховья Казана, Дубонта и Телона, часто останавливаясь для охоты на карибу. В конце апреля они находились за группой озер, из которых вытекает Телон, и провели там месяц, готовя каноэ для летнего плавания в тундре по рекам и озерам.

Матонабби повел теперь С. Херна на север, а от озера Эйлмер (60° с. ш., 109° з. д.) повернул на северо-запад. Они присоединились к индейским воинам, «вступившим на тропу войны» против эскимосов. Поэтому близ озера Контуойто (66° с. ш., 111° з. д.) Матонабби оставил женщин. В июне и июле при очень скверной погоде (мокрый снег, дожди) индейцы неуклонно стремились вперед, скудно питаясь и все же совершая большие дневные переходы. В середине июля отряд достиг нижнего водопада на р. Коппермайн («Меднорудной»), и разведчики обнаружили там мирных эскимосов, занятых ловом рыбы. Ночью индейцы подкрались к их лагерю и перебили всех. На карте Северной Америки запечатлено название, которое С. Херн дал этой местности — Блади-Фолс («Кровавый водопад», у 67°40' с. ш., 115°20' з. д.). 18 июля, на следующий день после бойни, С. Херн спустился по р. Коппермайн к устью и впервые вышел к северному побережью материка, открыв забитый льдом залив Коронейшен. Ошибки в определении положения устья реки (С. Херн отнес его почти на 320 км севернее истинного) и в оценке высоты прилива (он завысил ее чуть ли не втрое) позволили ряду историко-географов отрицать факт пребывания С. Херна на побережье залива. Однако Джон Франклин, английский полярный исследователь начала XIX в., через 50 лет подтвердил правильность его описания. Погода сначала стояла ясная. В море близ побережья и в отдалении С. Херн рассмотрел многочисленные острова и отмели (было время отлива); на льдинах лежали тюлени. Вскоре после полудня пал туман, пошел дождь, С. Херн решил не дожидаться прилива и двинулся в обратный путь, правильно посчитав, что залив — часть Ледовитого океана. Индейцы довели его до пункта, где эскимосы добывали медь; месторождение показалось С. Херну небогатым.

Биографический указатель

Франклин, сэр Джон

1777 — 1856
Британский морской офицер, полярный исследователь. Муж Франклин, леди Джейн.

Вернувшись за женщинами к Контуойто, Матонабби повел С. Херна оттуда на юг, через лабиринт рек и озер, в лесную полосу. В конце декабря они открыли Большое Невольничье озеро (28 570 км²), по льду пересекли его восточный рукав и в январе 1772 г. достигли 60° с. ш. Следуя затем на восток через ряд небольших озер и рек. С. Херн 30 июня вернулся в свой форт после полуторалетнего отсутствия. Через несколько лет по совету француза Ж. Ф. Лаперуза (см. ниже главу 23), который во время войны за независимость в Северной Америке (1775–1783) захватил форт Принца Уэльского, С. Херн обработал свои дневники и выпустил в свет книгу «Путешествия от форта Принца Уэльского на Гудзоновом заливе к Северному океану» (Лондон, 1795).

С. Херн стал вторым после У. Стьюарта исследователем гигантских внутренних районов Северной Канады. Вслед за ним в центральные и западные области страны начали проникать и другие европейцы в поисках новых путей к «Западному морю» и новых охотничьих угодий. Восточная часть Северной Канады площадью около 1 млн. км² в течение 120 лет после путешествий С. Херна оставалась почти сплошным «белым пятном».

Посмотреть в хронологическом указателе

«Атлантический Нептун»

В

ходе Семилетней войны Великобритании удалось захватить большую часть французских колоний в Северной Америке. По Парижскому мирному договору (30 января 1763 г.) территория к востоку от р. Миссисипи, кроме Нового Орлеана, и Канада стали английскими владениями. И вскоре Жозеф Фредерик де Барре, по происхождению швейцарец, и Сэмюэл Холланд, выходец из Голландии, два наиболее активных и квалифицированных съемщика, получили задание — провести картирование Атлантического побережья материка от устья р. Св. Лаврентия до 40° с. ш. с соседними островами. Возглавляя два сухопутных отряда, Ж. де Барре и С. Холланд за десятилетие (1764–1774) нанесли на карту береговую линию на протяжении 3,5 тыс. км с п-овами Новая Шотландия и Кейп-Код, заливами Фанди, Мэн и Массачусетс, а также многочисленными бухтами и островами, в том числе о. Принс-Эдуард и о. Кейп-Бретон.

Итогом их съемочных работ явился четырехтомный атлас «Атлантический Нептун», на составление которого Ж. де Барре затратил следующее десятилетие (1774–1784). Включенные в этот атлас карты стали незаменимым путеводителем для капитанов многочисленных кораблей, посещавших восточные берега Северной Америки.

Посмотреть в хронологическом указателе

«Страна мехов Атабаска»

К

началу 70-х гг. в Монреале обосновались главным образом шотландские купцы, которые организовали несколько пушных компаний, позднее слившихся в Северо-западную компанию. Они вступили в жестокую конкуренцию с Компанией Гудзонова залива и в этой борьбе отодвинули границы Канады далеко на запад, до Скалистых гор. Для такого продвижения их агенты широко использовали франко-канадских странствующих скупщиков пушнины, франко-индейских креолов и, конечно, индейских проводников, с их помощью совершив ряд крупнейших открытий. Сначала монреальские купцы сделали своими основными торговыми базами на западе два пункта у Великих озер: один — у пролива Макинак, соединяющего Гурон и Мичиган, в самом центре Озерной области; другой — на западном берегу Верхнего озера, у «Большого Волока» (Гранд-Портидж), на обычном торговом пути западных индейцев к Гудзонову заливу. Затем они восстановили французские посты «Укрепленной линии Западного моря», начали перехватывать индейских торговцев и даже продвигаться от р. Саскачеван на север и северо-запад.

В 1772–1774 гг. монреальский торговец мехами Джозеф Фробишер проник от большой луки Саскачевана к верхнему Черчиллю, чтобы перехватить западных индейцев, идущих по этой реке к Гудзонову заливу. Для защиты своих торговых интересов Компания Гудзонова залива послала в 1774 г. на запад группу во главе с С. Херном, построившим форт Камберленд-Хаус на 54° с. ш., близ самой северной точки луки Саскачевана, но это мало помешало успехам монреальцев. Вместе с Д. Фробишером в 70-х гг. движение монреальцев на северо-запад Канады возглавляли два полуграмотных авантюриста-янки, Александр Хенри и Питер Понд.

В начале сентября 1775 г. Фробишер, Хенри и Понд на время объединились и выступили на северо-запад от озера Виннипег с отрядом в 130 человек на 30 индейских челнах. На одном из многочисленных «Бобровых» озер (Бивер-Лейк) в ноябре они построили первую англо-канадскую факторию на Дальнем Западе (Форт-Хенри), к северо-востоку от Камберленд-Хауса, чтобы затруднить связь этого форта с Гудзоновым заливом. В ответ агенты Компании Гудзонова залива поставили еще один форт — на Норт-Саскачеване. Тогда в конце 70-х гг. тройка монреальцев решила обосноваться «в сердце неведомой страны мехов Атабаски», на званной так по ее хозяевам, западным индейцам атабаскам.

Двинулись монреальцы туда летом 1778 г. по рекам и озерам на индейских челнах, перетаскивая их и грузы в случае необходимости в обход порогов или через короткие водоразделы (самый длинный и трудный волок — около 20 км). От Саскачевана они перешли к р. Черчилл и открыли в его верховьях (у 56° с. ш.) группу озер, в том числе Фробишер, Черчилл и Питер-Понд, из которого вытекала р. Мети. Она довела монреальцев до р. Клируотер, текущей на запад, а по Клируотеру они спустились до большой р. Атабаски, поворачивающей здесь прямо на север и в 250 км ниже впадавшей в юго-западный угол озера Атабаска (7936 км²). Таким образом, оказалось, что озеро Питер-Понд связано и с р. Черчилл и с системой рек Атабаска — Маккензи. По другой версии, исходящей от самого П. Понда, в 1778 г. он один открыл озера Черчилл и Питер-Понд, первый достиг озера Атабаска («Озеро Холмов», как он иногда называл этот водоем), поставил там форт и зимовал в нем. Он вступил в торговые контакты с индейцами и привез более 80 тыс. бобровых шкурок, но значительно больше припрятал, вернувшись за ними на озеро осенью 1779 г., и вновь зимовал там.

Недалеко от устья р. Атабаски воды озера через несколько коротких проток поступали в р. Невольничью, в которую с запада впадал полноводный приток. Про него А. Хенри слышал от встречных индейцев, что он называется «рекой мира [по-английски — Пис-Ривер] и спускается с Каменных, или Скалистых, гор, а от этих гор до соленого озера расстояние невелико». И Хенри на этот раз сделал правильный вывод, что «соленым озером» индейцы называют море и что это море — часть Тихого океана. Но маршрут по р. Пис-Ривер был долог и труден. Нельзя ли найти другой, более легкий путь?

Биографический указатель

Кук, Джеймс

1728 — 1779
Английский мореплаватель. Исследователь Атлантического и Тихого океанов, морей Арктики и Антарктики. Этнолог.

В середине 80-х гг. в Монреале уже слышали, будто Джеймс Кук открыл «реку Кука», впадающую в Тихий океан близ 60° с. ш. (см. главу 22). П. Понд и А. Хенри, естественно, предположили, что она является верховьем «реки Кука», а Невольничья — участком среднего течения этой мнимой реки. Летом 1785 г. П. Понд спустился по р. Невольничьей и достиг юго-восточного угла Большого Невольничьего озера. Он — или группа его людей — определенно пересекали озеро и торговали на берегах северного залива. В следующие два года он выполнил туда еще две летние экскурсии, побывал на побережье восточного, богатого островами залива, причем в июле 1787 г. отметил льды в этой части озера — из-за сильно задержавшейся весны. В одно из посещений П. Понд узнал, что в западном углу озера берет начало большая река, текущая на запад, иногда даже с уклоном к югу (верхний участок р. Маккензи). Однако П. Понду не довелось завершить ее исследование.

Возможно, во время двух зимовок 1781–1784 гг, на берегах озера Атабаска он попытался «графически» изобразить свои открытия, а также сведения, полученные от индейцев и пушных торговцев. К весне 1785 г. он составил две карты северо-западной части материка, а в июле 1787 г. — третью. (Ни одна из картографических работ П. Понда до сих пор не найдена, сохранились лишь копии.) На этих творениях картографа-любителя протяженность Северной Америки по долготе уменьшена почти вдвое, ряд озер нанесен предположительно, некоторые просто вымышлены. И все же они давали первое сравнительно полное и правильное представление о глубинных районах Северо-Западной Канады. П. Понд выявил главные географические черты огромной территории. Он показал, что р. Атабаска, начинаясь на восточных склонах Скалистых гор, проходит через озера Атабаска и Большое Невольничье и впадает в Северный Ледовитый океан; он изобразил Скалистые горы в виде длинного непрерывного барьера на пути к Тихому океану; он отметил единственную реку (Пис-Ривер), которая прорывает эту горную цепь, протягивающуюся к 40° с. ш. и ограниченную рамкой карты.

Но не только географические достижения П. Понда, одного из выдающихся исследователей Северо-Американского материка XVIII в., вызывают уважение американских историко-географов. Они отмечают также его способность постоянно находить общий язык с «краснокожими» различных племен и восстанавливать мирные отношения между ними.

Посмотреть в хронологическом указателе

Открытие реки Маккензи

Ш

отландец Александр Макензи еще юношей переехал в Монреаль и поступил на службу пушной компании, вскоре поглощенной Северо-западной компанией. В 1787 г. его, уже опытного агента, послали к озеру Атабаска на смену П. Понду. Они провели вместе зиму, и А. Макензи при участии П. Понда составил план дальнейшего исследования «реки Кука».

В 1788 г. по поручению А. Макензи его двоюродный брат Родерик Макензи построил близ устья р. Атабаски форт Чипевайан (в 1804 г. перенесенный в устье), где оба перезимовали. 3 июня 1789 г., оставив Родерика временным начальником форта, А. Макензи выступил с 12 спутниками в речной поход на челнах из березовой коры. Проводником экспедиции стал индеец чипевайан по кличке «Английский вождь», принимавший участие в походе С. Херна к Северному Ледовитому океану. 9 июня они достигли Большого Невольничьего озера, почти сплошь покрытого льдом, только у самого берега виднелась узкая полоса чистой воды. Вскоре под дождем и при сильном ветре лед начал разламываться, но так медленно, что для пересечения на челнах понадобилось около двух недель. Еще шесть дней А. Макензи потратил на поиски дальнейшего пути: северный берег Большого Невольничьего озера очень расчленен, особенно на северо-западе, где р. Мариан впадает в длинный и узкий залив Норт-Арм. Лишь 29 июня он нашел могучий поток, вытекающий из западного угла озера на широте «реки Кука» и несущий свои воды на запад. Через несколько дней плавания А. Макензи встретил три группы индейцев, поведавших ему страшные истории об огромной длине реки, невозможности найти пищу в низовьях — и ему едва удалось уговорить своих проводников не покидать его.

В 350 км от озера река круто повернула на север и вступила в горную область. С левой стороны к ней подходили высоты (горы Маккензи), с правой — другие высоты (горы Франклин), которые к 65° с. ш. прерывались широкой долиной полноводного восточного притока. А. Макензи не стал исследовать этот поток, уводивший его в сторону от основной цели. У 67° с. ш. главная река вышла на низменность, но на западе виднелись горы, простирающиеся в меридиональном направлении (горы Ричардсон).

10 июля А. Макензи записал: «Совершенно ясно, что река эта впадает в Великое Северное море». Еще три дня он спускался по текущей в низких берегах реке, от которой отходили по обе стороны многочисленные рукава. Вместо индейских поселков, ранее изредка встречавшихся на ее берегах, кое-где видны были жилища эскимосов. 13 июля у 69°30' с. ш. с холма одного из островов дельты путешественник увидел на западе полосу открытого моря — залив Маккензи моря Бофорта, а на востоке — забитый льдом залив (может быть, озеро Эскимо). Ночью при незаходящем солнце он наблюдал прилив, утром видел, как в западном заливе играли в воде киты. Несомненно, он достиг Северного Ледовитого океана. Но, так как он не проследил в обе стороны прилегающие участки морского побережья, в правдивости его сообщения еще долго сомневались. Сам А. Макензи оправдывался тем, что провизия у него была на исходе. 16 июля он повернул обратно; подъем по реке, естественно, отнимал значительно больше сил, и отряд двигался в два раза медленнее. Через шесть дней от встречных индейцев А. Макензи узнал, что восемь-девять лет назад далеко на западе эскимосы имели контакт с белыми людьми, пришедшими на больших кораблях и менявшими железо на шкуры. Не исключено — так считает канадский историко-географ Рой Дэниэллс, что это были суда русских промышленников, а встреча произошла предположительно в окрестностях мыса Барроу, самой северной оконечности п-ова Аляска (71°23' с. ш., 156°12' з. д.). В нашей историко-географической литературе сведения или просто упоминания об этом выдающемся достижении отечественных мореходов отсутствуют.

Поход к Северному Ледовитому океану А. Макензи закончил 12 сентября 1789 г. в форте Чипевайан, пройдя за 102 дня почти 5 тыс. км. Великий поток, вытекающий из Большого Невольничьего озера и впадающий в море Бофорта, получил название р. Маккензи.

Посмотреть в хронологическом указателе

Пересечение Александром Макензи Северной Америки

1791

г. А. Макензи провел в Шотландии, где изучал топографию и географию, готовясь к новому большому путешествию с целью найти речные пути, ведущие от Атабаски к Тихому океану. Вернувшись в Канаду в 1792 г., он прошел от р. Св. Лаврентия, пользуясь сухими и речными путями, до озера Атабаска. Он выбрал для исследования большую реку (Пис-Ривер), впадающую с запада в Невольничью у ее выхода из озера (у 59° с. ш.). Он надеялся, что, поднимаясь по этой реке, может близко подойти к Тихому океану. Но долина повернула на юго-запад, затем — прямо на юг. Так он и плыл вверх по реке, пока не достиг 56° с. ш. Было позднее время года, и Макензи остановился на зимовку близ устья «Дымящейся реки» (Смоки-Ривер).

В начале мая 1793 г., когда река вскрылась, А. Макензи с девятью спутниками, включая «Английского вождя» продолжил плавание вверх по Пис-Ривер на большом, но очень легком индейском челне. Он прошел приблизительно еще 250 км и, обойдя каньон длиной 20 км, вновь сел в челн. Поднявшись по реке до другого каньона, прорезанного ею в Передовом хребте Скалистых гор, и перетащив суденышко через каньон, путешественники достигли у 56° с. ш., 124° з. д. двух рек, текущих в прямо противоположных направлениях — северном (Финли) и южном (Парснип); они составляли здесь Пис-Ривер. Куда идти — на север или на юг?

Посоветовавшись с местными индейцами, А. Макензи выбрал южное направление и поднялся по р. Парснип до истока близ 54°30' с. ш. и 122° з. д. После разведки оказалось, что на юге, за коротким и удобным волоком, течет на запад какая-то река, которая довела его до другой крупной и судоходной реки (Фрейзер), текущей за горным хребтом в южном направлении. Он надеялся спуститься по ней к Тихому океану и начал сплав, преодолевая пороги. Но через несколько десятков километров индейцы предупредили его, что дальнейшее плавание невозможно из-за порогов. Тогда А. Макензи вернулся к устью р. Уэст-Род (в 100 км выше по течению) и в сопровождении местных индейцев проследил ее до истока. На плотах он переправился через р. Дин, а затем повернул к югу и, пройдя через небольшую долину, окруженную заснеженными горами, вершины которых скрывались в облаках, достиг новой короткой реки (Белла-Кула). На индейских челнах отряд спустился к ее устью (у 52°30' с. ш.), она впадала в короткий рукав фьорда. Дабы рассеять всяческие сомнения, А. Макензи продвинулся далее к юго-западу, через два дня вышел к Тихому океану, к заливу Королевы Шарлотты, и на скале сделал надпись: «Александр Макензи, из Канады, по суше, 22 июля 1793».

При первом пересечении Северной Америки он проследил всю р. Пис-Ривер (1923 км), перевалил Передовой и Береговой хребты Скалистых гор, открыв между ними Внутреннее плато и верхний участок течения р. Фрейзер. Тем же путем в сентябре 1793 г. А. Макензи вернулся к озеру Атабаска, а после зимовки прибыл в 1794 г. на р. Св. Лаврентия, совершив второе пересечение материка и пройдя в обоих направлениях более 10 тыс. км.

Посмотреть в хронологическом указателе

Дальнейшие исследования гидрографической сети Западной и Северной Канады

Д

ействия агентов Северо-Западной компании, устроивших свою основную базу у озера Атабаска, и поиски ими водных путей к Тихому океану встревожили правление Компании Гудзонова залива. Состоящий на службе компании квалифицированный топограф Филипп Тернор был послан на нижний Саскачеван, в Камберленд-Хаус, и в 1790–1792 гг. провел большую работу по исследованию и нанесению на карты гидрографической сети Западной Канады между р. Саскачеван и Большим Невольничьим озером. Крупных географических открытий он не сделал, но канадские историко-географы справедливо считают Ф. Тернора первым научным исследователем Запада своей страны. В его путевом дневнике, опубликованном лишь в 1934 г., содержится детальная характеристика рельефа тех областей, где он побывал. На картах, составленных им или его учениками, исправлены многие ошибки, допущенные предшественниками.

Ф. Тернор произвел съемку и составил первую, сравнительно точную карту Саскачевана от Камберленд-Хауса до того места, где Норт-Саскачеван и Саут-Саскачеван сливаются в одну реку. Западные индейцы, сбывающие пушнину агентам компании, сообщили, что обе составляющие Саскачевана берут начало в Скалистых горах. Ф. Тернор нанес на карту Норт-Саскачеван по расспросным данным и этим ограничился, так как считал, что путь от его верховьев к Тихому океану и очень долог, и слишком тяжел. В дальнейшем он обратился к исследованию бассейна р. Атабаска–Невольничья.

От низовья Норт-Саскачевана Ф. Тернор перешел на север, к р Черчилл, и открыл в ее верховьях еще одно озеро, названное его именем; узкой перемычкой оно отделено на юге от озера Фробишер, а на севере близко подходит к р. Клируотеру. Ф. Тернор заснял эту реку и нижнюю Атабаску от устья Клируотера до озера Атабаска (7936 км²) и довольно точно описал его берега. Затем он произвел съемку р. Невольничьей от ее истока до устья. Весь путь от нижнего Саскачевана до Большого Невольничьего озера ф. Тернор проделал на индейских челнах в два летних сезона в сопровождении своего ученика Питера Фидлера. Однако Ф. Тернор не выполнил специального задания компании — исследовать также главный приток р. Невольничьей, р. Пис-Ривер, которая рассматривалась как возможный удобный путь к Тихому океану. И в этом случае он ограничился только тем, что нанес на карту р Пис-Ривер по расспросным данным.

Не ясно, сам ли Ф. Тернор немедленно после этой экспедиции оставил службу Компании Гудзонова залива или его уволили. Сменил его П. Фидлер, занимавший должность штатного топографа компании с 1792 по 1821 г. Его путевые дневники не дошли до нас, поэтому ныне нельзя выяснить, как эта работа распределяется между последним десятилетием XVIII в. и первыми двумя десятилетиями XIX в. По сохранившимся же картам можно только сказать, что он лично или его помощники провели очень большую топографическую работу в Западной и Северной Канаде: П. Фидлер впервые проследил все течение Черчилля от его верховьев до устья (1609 км); он руководил исследованием среднего и верхнего течения Атабаски и ряда рек ее системы, а также Норт-Саскачевана и Саут-Саскачевана. Он доказал, что р. Маккензи представляет собой нижний участок (около 1600 км) огромной водной артерии, берущей начало в Передовом хребте Скалистых гор (у 52° с. ш. и 118° з. д.); ее верхний участок называется р. Атабаской, средний — р. Невольничьей (менее 500 км — между озерами Атабаска и Большим Невольничьим), а общая длина всей речной системы Атабаска — Маккензи составляет 5472 км.footnotefootnoteКак мы теперь знаем, система Атабаска–Маккензи — одна из величайших речных систем мира, пятая по длине, она на одну тысячу с небольшим километров длиннее Амура, имеющего практически такую же (1,855 млн км²) площадь бассейна.

Компания Гудзонова залива в 90-х гг. XVIII в. не проявляла никакого интереса к области, лежащей к северу от Большого Невольничьего озера. Если до директоров компании и дошло известие о р. Маккензи, то они, несомненно, считали ее открытие таким же бесплодным, как открытие С. Херном р. Коппермайн. Вряд ли директора Северо-Западной компании держались иного мнения. Но Р. Макензи, находившийся, как мы знаем, под сильным влиянием своего двоюродного брата, не мог успокоиться при мысли о неразведанной восточной реке, впадающей в р. Маккензи у 65° с. ш. Летом 1792 г. он отправился в этот район и открыл у полярного круга Большое Медвежье озеро, величайшее из приполярных озер нашей планеты (31329 км²), из которого вытекает р. Большая Медвежья — правый, самый полноводный, приток р. Маккензи.

Летом 1796 г. Компания Гудзонова залива направила молодого топографа Дэвида Томпсона,footnotefootnoteКак сын бедняка, он учился в одной из тех лондонских благотворительных школ, о которых с такой ненавистью и гневом через шесть десятков лет писал Чарлз Диккенс. Пятнадцатилетний Д. Томпсон прибыл из Лондона в Канаду и в 1785 г. поступил на службу Компании Гудзонова залива. После обучения геодезии у Ф. Тернора (зима 1789/90 г.) он принимал участие в картировании р. Саскачеван. другого ученика Ф. Тернора, в неизвестный регион к северу от среднего течения р. Черчилл. В сопровождении двух индейцев, почти без снаряжения и провизии, рассчитывая лишь на удачную рыбную ловлю, Д. Томпсон прошел на каноэ к западному берегу озера Оленьего (6,3 тыс. км²; не исключено, что он оказался его первооткрывателем) и за коротким волоком обнаружил другой водоем, поменьше, позднее названный озером Вулластон. От его северного конца маленькая группа проследовала к северо-западу и, открыв по пути небольшое озеро Блэк-Лейк, в начале июля появилась на восточном берегу Атабаски. На порогах каноэ Д. Томпсона разбилось, весь нехитрый скарб утонул. Он уже совсем было распрощался с жизнью, но его спасли местные индейцы. Вскоре после возвращения на р. Черчилл Д. Томпсон вновь пришел на озеро Оленье и перезимовал в основанном им торговом посту, охотясь и занимаясь рыбной ловлей, составлял заметки о флоре и фауне окрестностей.

В 1797 г. Д. Томпсон перешел на службу Северо-Западной компании. Работая агентом по скупке мехов, он «по совместительству» занимался съемкой обширных территорий и описью рек Южной Канады и пограничной полосы США. Так, осенью 1797 г. он закартировал всю р. Ред-Дир, приток Саут-Саскачевана, до истоков. В конце ноября при очень плохой погоде он двинулся оттуда на юг и, затратив 33 дня на съемку 370 км, вышел к верхней Миссури. При благоприятных условиях на этот путь, по его мнению, потребовалось бы всего 10 дней. Весной 1798 г. он заинтересовался истоком Миссисипи и верно установил район, где берет начало великая река, но ошибся на несколько миль в точном определении положения небольшого озера, из которого она вытекает.footnotefootnoteИз-за этого слава открытия истока Миссисипи досталась Генри Скулкрафту (1832 г.). От истока Миссисипи Д. Томпсон направился к западному концу озера Верхнего и в мае закончил опись южного побережья у порогов Су-Сент-Мари. Там он встретил агентов компании, поручивших ему провести съемку всего озера Верхнего. Он не только выполнил задание, закартировав около 2 тыс. км береговой линии этого крупнейшего на Земле (84130 км²) пресноводного водоема, но и произвел канадско-американское разграничение в этом районе. В 1799 г. Д. Томпсон описал Малое Невольничье озеро (около 1200 км²) в Западной Канаде.