Географические открытия и исследования нового времениНовое время

Академический отряд Великой Северной экспедиции

Глава 10

А

кадемия наук последовательно командировала для участия в экспедициях двух профессоров — историка Г. Ф. Миллера и натуралиста И. Г. Гмелина-старшего, адъюнкта Г. В. Стеллера и в помощь им пять студентов, «из коих, — как писал позднее М. В. Ломоносов, — один удался [С. П.] Крашенинников...». Работники этого Академического отряда получили задание: «географическое порядочное описание и осмотр или примечания о плодах земных и минералах и металлах и ботаническое, ежели найдутся, учинить».

Биографический указатель

Крашенинников, Степан Петрович

1711 — 1755
Русский ученый, натуралист и путешественник, исследователь Камчатки, первый русский академик-географ (с 1750 г).

Герард Фридрих Миллер выполнил в Сибири огромную работу по сбору исторических материалов. Он не сделал никаких географических открытий, но значение его организаторской деятельности по географическому исследованию Сибири нельзя переоценить, так как он был фактическим руководителем сухопутного (Академического) отряда. Г. Миллер и его геодезисты составили много карт страны, значительно более совершенных, чем имевшиеся в их распоряжении изображения этой огромной территории; они описали ряд крупных регионов, в том числе Якутию, и некоторые реки. Вскоре после возвращения в Петербург, в марте 1744 г., Г. Миллер закончил две монографии, оставшиеся в рукописи, — «Общая география Сибири» и «Особенная или специальная география Сибири». Несколькими статьями, опубликованными в 1737–1758 гг., он заложил прочное основание истории русских географических открытий и исследований в Северном Ледовитом океане и северной части Тихого океана; долгое время они оставались единственными работами по географии отдаленных восточных окраин России.

Посмотреть в хронологическом указателе

Гмелин-старший в Средней Сибири

В
Биографический указатель

Гмелин, Йохан Георг

1709 — 1755
Немецкий натуралист, член Российской АН (1727 г.), исследователь Сибири.

1733 г. Иоганн Георг Гмелин в составе большого отряда прибыл в Тобольск, а оттуда поднялся по Иртышу до 51°50' с. ш. и, пройдя на юго-восток, описал Кулундинскую степь до Семипалатинска. Затем он исследовал северо-западную часть Алтая в районе Усть-Каменогорска, проехал оттуда в Барнаул, отметив плодородие почв края, и через Салаирский кряж прибыл в Кузнецк. Он спустился на лодках по р. Томи до Томска, прошел по долине Чулыма (система Оби) до Енисея, поднялся до Красноярска, а оттуда проехал в Иркутск.

В 1734 г. И. Гмелин исследовал Забайкалье — низовье Селенги, берега Ингоды и Шилки от Читы до Нерчинска (на плотах), р. Аргунь на протяжении более 150 км. Зимой 1734–1735 гг. он ездил по Ангаре до Братска и обследовал пороги реки. Затем зимним путем он проехал через Илимск в Усть-Кут на Лене и, повернув на юг, добрался до устья р. Илги (у 55° с. ш.). Весной 1735 г. он на судне спустился до Якутска, сделав боковой маршрут по Витиму до р. Мамы для изучения крупных слюдяных месторождений. И. Гмелин дал характеристику гор по берегам Витима, став первым исследователем Северо-Байкальского нагорья. По Лене он описал ее берега до Олёкмы, в том числе щеки (береговые крутизны). В 1736–1737 гг. он изучал месторождения Якутского края.

В августе 1738 г. И. Гмелин отправился из Иркутска на судах вниз по Ангаре до Енисея, подробно обследовал пороги. Зимовал он в Енисейске, а весной 1739 г. сплыл по Енисею до Туруханска; он первый описал северный отрог Енисейского кряжа и рукава Енисея ниже Туруханска. Поднявшись затем до Красноярска, И. Гмелин проехал оттуда на запад до Ачинска, повернул на юг и посетил рудники межгорной Минусинской котловины, ограниченной на юге хребтами Западного Саяна. От Абакана он на плотах сплыл по Енисею до Красноярска, охарактеризовав берега реки между этими пунктами. Зиму он провел в Томске, в 1741 г. пересек Барабинскую степь, кратко описал рельеф и озера края и добрался до Тюмени, а зимой ездил в Тобольск. Маршруты по Сибири позволили ему выявить различие в рельефе, флоре и фауне регионов, расположенных к западу и востоку от Енисея. И. Гмелин первый отметил это в предисловии к своей пятитомной работе «Флора Сибири».footnotefootnoteКак заметил Карл Линней, один Гмелин и все остальные ботаники того времени открыли равное количество растений. (Петербургская АН в 1747–1769 гг. издала на латинском языке лишь четыре тома.) Вслед за И. Гмелиным ученые стали выделять Западную и Восточную Сибирь — такое членение сохраняется и поныне. Правда, границей между Европой и Азией он предлагал принять не Уральские горы, а Енисей, следовательно, считал, что Западная Сибирь относится к Европейской части России.

В 1742 г. И. Гмелин исследовал Урал, в основном восточный склон, примерно от 50°30' с. ш. до 60° с. ш. В Петербург он возвратился в начале 1743 г., закончив свое десятилетнее путешествие по Сибири.

В 1747 г. И. Гмелин получил годичный отпуск для поездки на родину, но не вернулся из Германии. Свои исследования он опубликовал на немецком языке в четырехтомной работе «Путешествия по Сибири с 1733 по 1743 г.». (Гёттинген, 1751–1752.) Обобщив сведения, полученные от многих промышленных и торговых людей, краеведов, как мы теперь говорим, и сопоставив эти данные с личными наблюдениями, он создал первую орографическую схему Южной Сибири. Между верхними течениями Иртыша и Оби он выделил «Алтанский хребет» (Алтай), между верховьями Енисея и Байкалом — Саянский хребет (Западный и Восточный Саяны). От этих горных сооружений, по Гмелину, к северу отходят отроги (Салаирский кряж и Кузнецкий Алатау). Главным водоразделом бассейнов Тихого и Северного Ледовитого океанов И. Гмелин считал Становой хребет, начинающийся в «Мунгальской земле» (Монголии) и заканчивающийся на крайнем северо-востоке Азии.footnotefootnoteТакая схема (с некоторыми изменениями), как это ни парадоксально, продержалась примерно до середины нашего века. Заменить устаревшую концепцию удалось лишь в последние три десятилетия — после выполнения комплексных геолого-географических исследований.

Итак, И. Гмелин доставил первые научные сведения об Алтае, Кузнецком Алатау, Салаире, Западном Саяне, Становом и Яблоновом хребтах, Кузнецкой и Минусинской котловинах. Он был вторым — после Мессершмидта — научным исследователем Среднесибирского плоскогорья, Прибайкалья и Забайкалья. Гмелин продолжил его работы по изучению вечной мерзлоты и создал в Сибири первые метеорологические станции.

Посмотреть в хронологическом указателе

Исследования Стеллера и Крашенинникова

Г

еорг Вильгельм Стеллер, зоолог и врач, был зачислен в 1737 г. как адъюнкт Академии наук по его просьбе во Вторую Камчатскую экспедицию. В сентябре 1740 г. он прибыл на Камчатку, в Большерецк, а оттуда в конце марта 1741 г. добрался до Петропавловска.

В июне он вышел в плавание вместе с Берингом на «Св. Петре», а 20 июля подошел к о. Каяк. За 10 часов, проведенных там, Стеллер отметил мягкость климата острова по сравнению с Камчаткой, расположенной на 10° южнее, и сделал вывод, что к северу от Каяка (за 60° с. ш.) простирается суша, защищающая остров от северных ветров. За такое короткое время Стеллер описал 163 вида растений и животных Каяка. Словом, он стал первым ученым-исследователем Северо-Западной Америки.

Биографический указатель

Беринг, Витус Йохансен

1681 — 1741
Русский мореплаватель голландского происхождения, капитан-командор, исследователь северо-восточного побережья Азии, Камчатки, морей и земель северной части Тихого ок., северо-западных берегов Америки, руководитель 1-й (1725–1730 гг.) и 2-й (1733–1743 гг.) Камчатских экспедиций.

На обратном пути Стеллер высаживался на один из Шумагинских о-вов (видимо, Нагай), описал его фауну и собрал небольшое количество противоцинготных растений. Он дал первую этнографическую характеристику алеутов. Во время тяжелой зимовки на о. Беринга Стеллер изучил его физическую географию и фауну и набросал одну из важнейших своих работ — «О морских животных», где впервые описал морскую (стеллерову) корову, сивуча, морского кота (рыба семейства скатов-хвостоколов) и калана (камчатского бобра), а также «сухопутных» голубых песцов. С остальными уцелевшими моряками 26 августа 1742 г. он вернулся в Петропавловск.

Стеллер прожил на Камчатке в общей сложности два года, исследуя ее природу и население. Интерес представляет его «Описание земли Камчатки, ее обитателей, их нравов, имен, образа жизни и различных обычаев» (1744); оно сильно уступает работе на ту же тему С. П. Крашенинникова, материалами которого он частично воспользовался.

Однако Стеллер все же дал некоторые дополнительные сведения о полуострове, в основном о его рельефе. Он первый правильно указал, что к западу от Главного (Срединного) хребта Камчатки вдоль Охотского моря простирается неширокое, низменное, «слабо наклоненное, мшистое» пространство, дренируемое множеством мелких рек; что на востоке полуострова имеются «другие большие горы, [которые] тянутся с юга-запада на северо-восток, спускаются многочисленными длинными шпицами и мысами в море и образуют значительные изгибы» берега. В Охотск Стеллер прибыл в 1743 г., провел в Сибири еще около трех лет и на пути в Петербург умер «от горячки» в Тюмени в 1746 г.

Студент академии Степан Петрович Крашенинников, сын солдата, был «из числа тех, кои ни знатною природою, ни фортуны благодеянием не предпочтены, но сами собою, своими качествами и службою, произошли в люди, кои ничего не заимствуют от своих предков и сами достойны называться начальниками своего благополучия» (Г. Миллер). Зачисленный во Вторую Камчатскую экспедицию и прикомандированный к И. Г. Гмелину, он в 1733–1736 гг. путешествовал с ним по Сибири.

В 1737 г. С. Крашенинникова направили из Якутска на Камчатку. Он прибыл в Охотск и в начале октября перешел морем в Большерецк. Во время перехода судно дало течь, в воду сбросили почти весь груз, в том числе и чемодан с бельем С. Крашенинникова: «И больше у меня не осталось, — писал он в первом (с Камчатки) рапорте, — как только одна рубашка, которая в ту нору на мне была».

На Камчатке русские тогда строили только курные избы, но и такие «черные» жилища казались студенту уютными, так как, случалось, его помещали в каморку, в которую «...пущается тепло окнами из черных изб. Но в оных каморках зимою как ради стужи, так и ради угару жить невозможно...».footnotefootnoteЦит. здесь и далее из работы С. П. Крашенинникова «Описание Земли Камчатки». Его зачислили на хлебное довольствие, но жалованья не платили два года забыли прислать приказ из Охотска. А когда (в 1741 г.) Стеллер прибыл на Камчатку, то Крашенинников получил двести рублей за два года, но его сняли с хлебного довольствия. В таких условиях студент начал и с несколькими помощниками из служивых, т. е. солдат или казаков, за четыре года завершил всестороннее исследование Камчатки (площадь полуострова 370 тыс. км²).

В 1738 г. С. Крашенинников дважды пересек полуостров в его южной части. Весной, посетив долину р. Паужетки, левый приток р. Озерной, он обнаружил и впервые описал камчатские гейзеры, бьющие «во многих местах как фонтаны, но большей части с великим шумом, в вышину на один и на полтора фута». Вторую группу гейзеров, «вода [которых] бьет вверх аршина на два [1 м 42 см] с великим шумом», он отметил в долине р. Банной, бассейн р. Быстрой.footnotefootnoteВ настоящее время деятельность гейзеров обоих районов значительно ослабела. Крупные горячие фонтанирующие источники, аналогичные гейзерам Исландии, о. Северного (Новая Зеландия) и США были открыты Т. И. Устиновой в 1944 г. в долине р. Гейзерной, приток р. Шумной, близ вулкана Кихниныч.

Между устьями р. Большой и Авачинской губой, немного не доходя до нее, он обследовал Авачинскую Сопку. Вернувшись в Большерецк той же дорогой, он осмотрел юго-западное побережье Камчатки, но не дошел около 60 км до мыса Лопатки (Курильское озеро посетил один из его служивых).

В ноябре 1738–апреле 1739 г. С. Крашенинников прошел от устья Большой вдоль западного берега Камчатки до 54°30' с. ш., по долине р. Колпаковой поднялся до Срединного хребта, перевалил его, дошел до верховья Камчатки, а по ней спустился до устья и, таким образом, пересек полуостров в третий раз — в северо-восточном на правлении. Затем осмотрел восточный берег до Авачинской губы и пересек Камчатку в четвертый раз, возвращаясь в Большерецк. В августе 1739–марте 1740 г. С. Крашенинников в пятый раз пересек полуостров, пройдя от Большерецка до Нижнокамчатска, и обследовал северо-восточное побережье до устья р. Караги (против о. Карагинского).

По расспросным данным, С. Крашенинников собрал сведения о жителях этого острова (племя ительменов), исчезнувших в XIX в. по невыясненным причинам, и записал ряд слов их диалекта. Затем он в шестой раз пересек Камчатку в северной, самой узкой ее части. Изучив северо-западный берег от р. Лесной до Тигиля, он в седьмой раз пересек полуостров в восточном направлении до Нижнекамчатска. Вернулся он в Большерецк пройденным уже ранее путем, закончив восьмое пересечение Камчатки.

В конце 1740 г. С. Крашенинников в девятый раз пересек полуостров — от Большерецка до Нижнекамчатска, а в феврале — марте 1741 г. совершил десятое пересечение. Он поднялся по р. Камчатке до Верхнекамчатска, вышел затем к Охотскому морю (у 55° с. ш.) и обследовал берег до Большерецка.

Десятикратное пересечение полуострова дало Крашенинникову основание для обобщенной характеристики его рельефа: «Камчатский мыс [полуостров] по большей части горист. Горы от южного конца к северу непрерывным хребтом простираются и почти на две равные части разделяют землю [Срединный хребет]; а от них другие горы к обоим морям лежат хребтами... Низменные места находятся только около моря, где горы от оного в отдалении, и по широким долинам, где между хребтами знатное расстояние...» (долина р. Камчатки). С. Крашенинников проследил Срединный хребет приблизительно на 900 км (длина его 1200 км).

Впервые весь этот водораздел многочисленных коротких рек, принадлежащих бассейнам Охотского и Берингова морей, нанесен на карту в 1742 г., очевидно, по материалам Г. Стеллера и С. Крашенинникова. Автор ее — уже упоминавшийся нами Я. Линденау. Ему, между прочим, принадлежит первая характеристика Парапольского дола — узкой и длинной (425 км) межгорной впадины, отделяющей Пенжинский хребет, также показанный на его карте, от Корякского нагорья.

С. Крашенинников описал четыре восточных камчатских носа (полуострова) — Шипунский, Кроноцкий, Камчатский и Озерный — и образуемые ими заливы — Кроноцкий, Камчатский и Озерный, а также ряд бухт (Авачинская и др.) Он проследил течение крупных рек, в том числе Камчатки (758 км), описал ряд озер, включая Нерпичье и Кроноцкое. «Что касается до огнедышащих гор и ключей, то едва может сыскаться место, где бы на столь малом расстоянии... такое их было довольство».footnotefootnoteНа Камчатке 28 действующих вулканов. На Курильских о-вах — 38, но С. Крашенинников тогда этого не мог знать. Он лично исследовал почти все высочайшие «горелые сопки» —Авачинскую, Корякскую, Кроноцкую, вулкан Толбачик, поднимающиеся на 2741–3682 м над уровнем моря, и величайший действующий вулкан Евразии — Ключевскую Сопку (4750 м).

Общая длина пройденного С. Крашенинниковым камчатского побережья — более 1700 км, а внутренних учтенных маршрутов — более 3500 км. Не осмотрены им только два береговых участка: западный, между 55 и 58° с. ш., и юго-восточный — от мыса Лопатки до 53° с. ш., всего около 700 км. При этом он один представлял собою комплексную экспедицию, выступая то как геолог и географ, то как ботаник и зоолог, то как историк и этнограф, то как лингвист.

В 1751 г. он закончил «Описание земли Камчатки» — монументальный труд, лучшее в мировой литературе XVIII в. страноведческое описание малоизвестной земли, но оно увидело свет лишь в 1756 г. — через год после его смерти. Эта работа вскоре была переведена на четыре европейских языка, стала образцом для нескольких поколений географов и сохранила большое значение до нашего времени.